Мировая энергетическая система только что получила удар "под дых", от которого не оправляются за один финансовый квартал. 19 марта 2026 года войдет в учебники истории как день, когда геополитическая хирургия Израиля превратилась в глобальное вскрытие без наркоза. Удар по иранскому South Pars и хабу Asaluyeh — это не просто локальная потасовка. Это детонация главного газового узла планеты. Тегеран ответил зеркально: катарский Ras Laffan LNG теперь в огне. Если нефть — это кровь экономики, то СПГ — ее центральная нервная система. И сейчас она искрит. В этом материале: Газовый паралич: почему СПГ стал новой нефтью Дипломатический бетон: Европа и Япония выбирают сторону Азиатский разворот: российский мазут как спасательный круг Рынки в конвульсиях: инфляционный шок и бегство в доллар Ответы на популярные вопросы о глобальном кризисе Читайте также Газовый паралич: почему СПГ стал новой нефтью Кризис мутировал. Раньше рынки дергались от угроз танкерам в Ормузе. Теперь горят заводы. Остановка катарского экспорта вырезает из мирового баланса 20% СПГ. Это не дефицит, это ампутация. Европа, едва научившаяся жить без трубного газа, обнаружила, что ценовые сценарии больше не поддаются прогнозам. Цены на газ в ЕС взлетели на 35% за несколько часов. Инфраструктура первого уровня оказалась беззащитной перед прямыми попаданиями. "Это бред считать, что рынок адаптируется. При потере катарских объемов физический дефицит в Азии и Европе начнется через 14 дней. Резервов нет", — отметила в беседе с Pravda. Ru аналитик рынка нефтепродуктов Алексей Чернов.